То, что внутри

За последние годы я научился трепетно относиться к тому, что нужно выбросить. Это когда ты стараешься не складировать все, а оставлять лишь действительно нужное. Нужны ли тебе кеды с дырками? За исключением фразы “ну так в теплую ж погоду можно и носить”. Вот лапти с дырками я выбросил (ха-ха, не совсем научился, да) лишь тогда, когда я понял что они есть следствием появления дырок в носках. Но речь, как всегда, не об этом.

В далекие времена (год не вспомню) был у нас морской поросенок – Сонька. Зараз та еще, ибо порой кусалась когда не нравилось как ее гладят, но все равно наша любимица и первая морская свинка. Папа ей даже клетку делал здоровую сам, чтобы ей было где побегать. Поехали мы как-то в Новгород-Северский, в частности видео размещенное ниже от 14 августа 2009 года, без малого почти 10 лет. Взяли тогда с собой этого поросенка, она круто по траве бегала и по дому гуляла в свое удовольствие. По дивану пускали чтобы легче было поймать. И речь что? Верно, снова не об этом. Заметил, что я стараюсь максимально рассказать, чтобы на момент сути у человека была некая картинка этого всего. Этой истории. Я как бы переношу человека в мои воспоминания, чтобы ему были понятны мои чувства, эмоции в тот момент. Так вот.

Кроме прочего эта поездка была последней, когда папа был в Новгород-Северске, это последняя поездка когда мы туда ездили семьей (брат уже тогда с нами не ездил, но втроем еще ездили). А это видео, это по сути единственное видео или памятка, на которой сохранился голос папы, который сидел тогда рядом на диване. Его почти нет на видео, но голос есть. Основная же мысль, с которой я живу и храню это видео, состоит в том, что эти воспоминания и возможность хоть так, спустя 10 лет, услышать голос папы, ценны лишь мне. Я не знаю, на сколько это нужно маме, брату. Я чувствую себя таким себе семейным склепом, который существует где-то в отдельной вселенной и в плане тех, с кем уже нет возможности поговорить, кто держит некую невидимую связь. Целый рассказ могу посвятить отношениям меня и папы, как и меня и бабушки (его мамы), без каких-либо историй о сверх-привязанности с чьей-либо из сторон, но в некотором роде мой крест (глупо звучит) в том, что я храню память и воспоминания об этих людях. Как и писал ранее, я не хочу жить за пределами этого всего, потому что если я забуду о них, о нашей малой…кто о них будет помнить? Ладно, сейчас мама на Проводы ездит на кладбище, брат старается тоже ездить, все кто папу помнили ездят. Но за пределами этого и того что в году есть один день, когда кто-то о ком-то вспоминает, эти люди просто исчезают.
Я не хочу владеть домом, который будет единственным напоминанием о том, что в нем было и кто в нем жил. Я хочу просто помнить о тех, кто был и остается для меня дорог, даже спустя 10 лет, как в случае с Папой, и 14 лет, как в случае с бабушкой. События четырехлетней давности и вовсе всплывают у меня в голове, будто лишь вчера я пережил все те эмоции и скитаюсь по городу, пытаясь все успеть…

Храните память о тех кто вам был когда-то дорог, потому что в моем восприятия ничтожны те люди, что вспоминают о ком-то лишь когда что-либо нужно.

“В собі самому жити вмій….

“В собі самому жити вмій. Є цілий світ в душі твоїй”
Эти строчки Ф. Тютчева я услышал, когда учился в техникуме. У нас этот стих был на зарубежной литературе, а так как преподаватель у нас говорила одинаково как на русском, так и на украинском языках, этот стих у нас в программе был именно на украинском. Я не воспринимаю его на русском, он мне нравится именно таким. Но речь не о том.

Длительное время я считал, что для того, чтобы твое творчество существовало, его должен кто-то воспринимать. Любить, ценить. За пределами этого, если его воспринимаешь лишь ты сам – оно не имеет права существовать, так как это попросту никому ненужный мусор. Каждый раз что-то создавая, я повторял в голове эти строки. С каждым четверостишьем родившимся за считанные минуты были мысли о том, что как быстро оно появляется, столь же быстро и становится бестолковым.
Но затем я задумался, что в целом, какая разница? Если мысль или фраза посетила мою голову я имею право ее озвучить. И пусть это мысли тараканов, но люди разные есть, и тараканы порой сходятся во мнениях. Мне часто нравятся вещи непонятные другим людям, но тем самым они не являются для меня, пардон, говном. Я ими восхищаюсь и живу в мире, где есть склад с множеством таких вещей. Временами беру их с полки и пересматриваю.

Мое творчество существует в примерно той же плоскости. Но лишь спустя десяток лет я научился сам ценить то, что я создаю. Какой бы странной глупостью это не смотрелось со стороны. Я не боюсь показывать свое творчество, потому что в мире есть как минимум один его ценитель/пониматель – я. А этого более чем достаточно, чтобы в данном мире существовало то, что порой возникает в голове. И даже когда я пишу посты – я пишу о том, что меня восхищает (ну или расстраивает, агась), а не о том, что мне принесет какие-либо деньги за то что я наштопал кучу рекламы через слово.

Поэтому я одновременно и согласен и не согласен со словами этого прекрасного стихотворения. Наверное основной тезис, который я вижу – не стоит бояться делиться тем, что ты создаешь. Стоит бояться желать, чтобы всем это нравилось и творить исключительно в чью-либо радость, а не делиться чем-то таким, что никто не увидит.

“Мовчи і крийся, і таї
Думки і почуття свої…
Хай у душевній глибині
І сходять, і зайдуть вони,
Мов зорі ясні уночі, —
Милуйся ними і мовчи!”

Здається, глузду більше, ні-ні, нема…

Сегодня я, кажется, четко увидел, о ком эта композиция…
Когда группа в маленьком городе записывает качественно песню, снимает на нее клип, а единственное, что у ссср’ущего недоупыря есть в голове на этот счет, это слова
3

“Пишатись нічим, але яка школа! –
Місто Київ! Піддубний Микола!”(с)BBx

Заметки на полях. ч.2

Часть 2. Нейтральные собеседники
Сложно выделить период, к которому относится данный пост. Скорее это наблюдение в целом.
Когда мы с кем-либо знакомимся, сразу же начинается изучение интересов, привычек. Ты пытаешься узнать человека с разных сторон, пытаешься максимально понять, от чего ему тепло и уютно, а также то, что ему не особо по нраву.

Я думаю, что если взять список интересов или увлечений наши глаза будут искать в первую очередь то, что нравится нам самим. Далее пойдет изучение интересов не свойственных нам (да-да, хамское поведение, но такие мы – люди), поиск чего-то нового, что в перспективе будет интересно.
Мы ловим интонацию (если это живая беседа), взгляд, пытаемся понять, искренен человек или же нет, на сколько он расположен к общению с нами. Если это общение текстом – смотрим на манеру изложения, грамматику, связанность мыслей. В чем-то текст может сказать о человеке больше, чем его живая речь.

Следующая стадия (если это не живая беседа), поиск картинки человека. Тут возникает вопрос, это еще один критерий оценки, или же попытка более ясно видеть, как выглядит твой собеседник. Картинка сама по себе не важна и ничего не решает, но она дает дополнительную информацию с точки зрения того, каков человек. Может он в куче татуировок? Или строго и по деловому одет/выглядит. Любит забавные принты или же шумные компании. Пожалуй тут ценна не столь внешность человека, сколь более истинное виденье субъекта, как цельной картинки.

После этой всей мишуры происходит непосредственное общение. Ты смотришь на затрагиваемые темы, на сколько увлеченно или по скромному тебе рассказывают о том и об этом. Захватывающе или не особо. Это как бы еще один пункт, на основе которого строится симпатия или антипатия. В конечном счете ты принимаешь решение, насколько тебе интересен человек.

Суть данной записи сводится к тому, что не смотря на сложную химию процесса поиска интересных для нас людей, всю проработку, это вот выпиливание цельного образа и прочее, результат далеко не всегда предсказуем, и люди, с которыми мы пылаем, сгорают в наших глазах столь же быстро, сколь быстро и возгорались, а с теми, с кем общение напоминало медленное, но уверенное горение спички, будет продолжаться, пока не выгорит весь коробок.

Порой ночами размышляю

Над тем, что сердцем мы ближе к ней, чем ко всему остальному миру. Вопрос за малым, сердце с именем или же обломанное крыло, снизу которого каждый год будет дорисовываться по еще одному упавшему перу. Всегда, когда речь заходила о теме татуировок, при всем желании меня останавливал вопрос болезненности процедуры, но, в целом, сравнимы ли эти несколько часов с тем, что с нами везде и каждый миг?

“Але ось тут, прямо тут
Між ребер з’явився порожній кут
Я кричав, просив, благав: вважай
Бо ти для мене і пекло, і новий рай
Схибили раз – і все нанівець
Так мій зошит зламав її олівець
Так, я сильний, я вільний, але пустий
Ти підкажи, коли відпустить?”(С)bbx

Раньше я считал, что если человек способен/может плакать, значит он все еще жив. Сейчас порой даже этого не нужно, чтобы понять, что ты живой. Не смотря на прикрепленную цитату, я не хочу чтобы “отпускало”. Я не хочу отпускать. Кто-то назовет это депрессией, кто-то крестом, кто-то скажет что мне/нам нужно к психологу, все дела. Но истинная депрессия и надобность в психологе нужна скорее тем, кто может так просто взять и забыть нечто такое. Отпустить, уйти от этого.

Люди любят напиваться, чтобы уйти от семейных проблем. Люди любят менять людей, чтобы начать новую жизнь. Люди любят менять себя и окружение, место проживания, и много-много чего еще. Чаще всего это чтобы все забыть и начать заново. Я не считаю, что нужно от этого уходить или пытаться забыть, напротив. Мы будем живы ровным счетом до тех пор пока это чувство и эта (ладно, назовите это болью) есть в нашем сердце. Ведь любой человек жив, пока он живет в чьем-то сердце, и мертв, если это сердце о нем позабыло.